» » Марш на месте

Марш на месте

6 февраля 2017, 19:22
Марш на месте
20 июня Одесская область отчиталась в выполнении очередного плана - весеннего плана по призыву в армию. В этом году одесская весенняя дань людьми составила 1293 человека. На первый взгляд - немного. Но сколько бы их ни было, парням этим не позавидуешь. Только не надо брезгливо морщиться и ворчать на тему: «Что за мужики пошли, не хотят в армии служить». Как раз хотят. Но только в армии и именно служить - учиться стрелять, водить и обслуживать боевую технику, осваивать рукопашный бой и так далее. Можно не секунды не сомневаться - в такую армию, как и в советское время, шли бы толпами и с песнями - как на праздник.

Три патрона

Беда в том, что служба в украинской армии, как правило, ничего общего с собственно военной подготовкой не имеет. Рекомендую поставить эксперимент - найдите десяток человек, отслуживших в украинской армии. Задайте им всего один вопрос - сколько патронов он израсходовал за время службы в армии. Не снарядов, не ручных гранат и не гранат для гранатомета, а самых обычных патронов для автомата Калашникова. Поверьте, результат вас поразит. Я такой эксперимент поставил.

Счастливчик с наилучшим показателем гордо сообщил, что за полтора года отстрелял аж три десятка патронов. То есть суммарно один «рожок». Что же касается двух худших результатов, то один из опрошенных мной бывший военнослужащий вообще ни разу не стрелял (служил водителем), а другой отстрелял три патрона. Хороша подготовочка, правда? С такими богатыми навыками стрельбы можно проиграть войну даже с австралийскими кроликами. Не верите моим опросам?

Вот вам мнение более квалифицированное - от экс-министра обороны Анатолия Гриценко. По его словам боевую подготовку в армии проходят не более 4% солдат. Остальные даже на полигон не выходят. Причем озвучивал он эти данные вполне официально - будучи председателем Комитета Верховной Рады по нацбезопасности и обороне. По состоянию на 2010 год украинская армия не получила на вооружение ни одной новой ракетной или артиллерийской батареи, все 20 лет обходясь только тем, что досталочь от советской армии. Украинские солдаты по прежнему экипируются по стандартам середины прошлого века. Оцените - стоимость экипировки одного солдата по стандарту НАТО составляет около 10000 евро (в США 17500 долларов). А украинского солдата экипируют примерно на 500 евро.

Да что там экипировка, оружие и патроны. Вот вам достаточно красноречивый факт, прекрасно иллюстрирующий по прежнему плачевное состояние украинской армии - по словам начальника управления взаимодействия с правоохранительными органами ОГА Сергея Тронько, при организации весенней призывной кампании главной проблемой стала нехватка тестов для обследования на ВИЧ и гепатит. Ну и как, стоит ли рваться служить в армию, которая даже не может выделить достаточно средств для определения того, годен ли призывник к военной службе по состоянию здоровья? Можно бесконечно писать и снимать бравурные репортажи о том, как молодежь рвется служить и о том, что конкурс в армию круче, чем в лучшие институты. Можно взывать к совести призывников, напоминая о почетной обязанности и священном долге. Но суть от этого не измениться - с точки зрения обучения военному ремеслу служба в ВСУ практически никакого смысла не имеет.

Простая логика

В свете вышеизложенного приходится сделать печальный вывод - реальная численность ВСУ не 230 тысяч, а от силы 25 тысяч. Это если считать с теми пилотами, которые еще летают, теми моряками, которые еще ходят по морю и разного рода специальными и вспомогательными службами и пограничниками. Согласитесь, по сравнению с 4% Анатолия Гриценко это еще очень оптимистичное предположение. Все остальные никакие не военные, а просто люди в форме, военному делу не обученные.

Может это слишком резкая оценка, но как по мне, лучше уж такая, чем иллюзия наличия у нас армии в четверть миллиона человек. Казалось бы, если денег на нормальную подготовку нынешнего состава армии не хватает, следует предпринять одно из двух - или дать армии в десять раз больше денег, или в десять раз ее сократить. Поскольку первое с точки зрения экономики невозможно, остается второе. Пусть у государства будут 25 тысяч профессионалов, но зато по настоящему обученных стрелять, летать и танки водить. Появиться больше денег - чудесно, тогда можно будет армию увеличить. При этом новичков будет кому учить. Простая арифметика - если средний пилот имеет налет четыре часа в год, значит, при десятикратном сокращении средний пилот будет иметь 40 часов налета. Если средний солдат за год отстреливает 30 патронов, то при десятикратном сокращении контрактник-профессионал будет настреливать в год 300 патронов.

Прямая логика подсказывает - лучше иметь маленькую боеспособную армию профессионалов, которые в случае необходимости смогут стать инструкторами для новобранцев или, не дай Бог, ополченцев, чем на те же деньги содержать армию формально большую, но совершенно не боеспособную.

Звездочки или служба?

Почему же наше государство не идет по этому пути? Почему в планах сокращения армии наши военные не желают опускаться ниже цифры в 200 тысяч человек? Один из главных официальных аргументов - необходимость сохранения офицерского корпуса. Мол, если есть офицеры, надо же им кем-то командовать, поскольку иначе офицеры не будут получать необходимых навыков. Но это, простите, не аргумент. Офицер, который командует рядовыми, не занимающимися боевой подготовкой, такой же офицер, как его подчиненные солдаты. То есть никакой. Если офицеров избыток, предложите им стать теми самыми контрактниками.

Уверен, если содержание рядового контрактника будет выше нынешней зарплаты лейтенанта - многие согласятся. Предчувствуя возмущенные возгласы о том, что такое решение унизит и опозорит офицеров, позволю себе и с этим аргументом не согласиться. Ничего позорного и уникального в таком решении нет. Если человек искренне решил связать свою судьбу с армией, добровольно принял на себя долг защиты своей родины, он не увидит для себя оскорбления в том, чтобы заняться реальной службой (пусть и на должности рядового), а не фиктивным тасканием офицерских погон.

В военной истории можно найти немало фактов, когда из офицеров массово формировались профессиональные и элитные подразделения. Скажем российские гвардейцы 19 века, будучи рядовыми гвардии, могли просить перевода на офицерскую должность в обычные армейские полки. Но о переводе просили крайне редко. В 1917 году, на фронтах Первой мировой было сформировано немало офицерских ударных батальонов, ставших своеобразными прообразами офицерских полков Белой Гвардии. А разве мало было в кризисные моменты 1941 года сформировано полков Красной Армии, сплошь состоящих из курсантов и офицеров? Не нравятся примеры из истории отечественной? Пожалуйста, вот вам примеры из истории зарубежной. После Версальского мира Германии разрешили иметь не более чем стотысячную армию. Причем исключительно профессиональную. Огромная армия военного времени распускалась. Миллионы солдат-окопников с радостью отправились по домам. Как и офицеры военного времени, оторванные от мирных профессий ради военного величия Второго Рейха. А вот что, по-вашему, сделали истинные офицеры-профессионалы? Из тех, кто были молоды и жизни себе без армии не мыслили? Правильно - выстроились в очередь в пункты вербовки. И шли они служить кем предлагали. Правда, из уважения к их офицерскому статусу рядовыми их формально не делали, напридумывав штук семь разных унтер-офицерских званий. Но суть от этого не менялась - если на отделение из десятка человек шесть-семь унтер-офицеров, они те же солдаты. Только форма покрасивше и девушек легче на танцах привлекать серебристым значком «старшего стрелка».

А ведь не только немцы этим методом для обеспечения высокого профессионализма личного состава своего рейхсвера воспользовались. За полвека до конца Первой Мировой ровно так же действовали руководители США, сокращая непомерно раздувшуюся в годы Гражданской войны, армию. Не желавших расставаться с армией младших офицеров военного времени массово вербовали в качестве сержантов и капралов. Нормальной ситуацией были, скажем кавалерийские сотни, в котором весь личный состав был бывшими офицерами. Командовали такими сотнями (фактически ротами) полковники, бригадным генералам доставались отряды в три сотни с одной батареей пушек, а дивизионные генералы могли похвастаться тем, что под их командой наберется аж тысяча человек. И все как на подбор настоящие профессионалы. А вы думали, как в США сформировалось такое уважение к корпусу сержантов? Впрочем, не буду больше утомлять вас историческими примерами. Поверьте, их достаточно и в британской, и во французской, и даже в японской истории.

Вот только знают ли эти примеры отечественные военные и политические стратеги? Отдают ли они себе отчет в том, что маленькая профессиональная армия еще имеет шанс защитить государство от агрессора, а вот большая, но необученная способна в современной войне только нести потери и бить рекорды по дезертирству? Думаю, что все они прекрасно понимают. И не используют проверенные в разные годы и разными армиями методы перехода к профессиональной армии «по средствам» вполне осознанно. Почему? Лично я для себя приемлемый ответ на этот вопрос нашел, и с удовольствием им с вами поделюсь, хотя более чем уверен в том, что с моими выводами многие не согласятся.

Большой бизнес

Для начала давайте вернемся к утверждению Анатолия Гриценко о том, что боевой подготовкой в ВСУ заняты всего 4% личного состава. Чем же в таком случае заняты остальные? За всех не отвечу, но большая часть занимаются «обслуживанием и охраной военного имущества, техники, оружия и боеприпасов». Дело в том, что при разделе имущества Советской армии и флота Украине досталось огромное количество разнообразного оружия, техники, боеприпасов и военного имущества. Одних только танков в Украине до сих пор около 2000 штук. А всего бронетехники - почти четыре с половиной тысячи. Все это имущество нужно чистить, смазывать, проверить на работоспособность и. разумеется, охранять. Для этого и сохраняют по сей день призыв. Для этого и пытаются государственные мужи сохранить армию численностью не менее 200 тысяч человек. То, что большая часть армии совершенно не обучена воевать, их волнует мало. Эта задача перед большинством людей в форме и не ставится. Главное, чтобы оружие и имущество с боеприпасами не проржавели, не сгнили и не взорвались. С одной стороны все вроде бы логично. Не бросать же все это богатство на произвол судьбы.

Однако логичность эту омрачают две пикантные детали. Во-первых, такое количества бронетехники, стрелкового оружия и артиллерии Украинской армии не нужно. А, во-вторых, большая часть оружия и имущества украинской армии давно устарела и для современной войны годиться немногим лучше пищалей, сабель и томагавков. Разве что стрелковое оружие еще можно считать относительно современным. Единственное отличие этого старья от вышеупомянутых раритетов заключается в том, что его можно модернизировать «подтянув» до уровня современных образцов. Благо советская военная техника создавалась с учетом возможности глубокой модернизации. По настоящему соответствовать современной военной технике эти переделки не будут, но как оружие второй линии их вполне можно использовать. Ну или как оружие первой линии, если речь идет об армиях Третьего мира.

Учитывая сравнительно невысокую цену таких переделок, они являются популярным товаром на международном рынке оружия. Не удивительно, что с первых лет независимости Украина активно включилась в международную торговлю оружием. Сложилась своеобразная бизнес цепочка: Государство ищет заказчиков, армия обеспечивает сохранность «полуфабрикатов», а оружейники модернизируют его под требования заказчика. К 2000 году Украина вышла на 8 место в мире по продажам оружия, ежегодно, начиная с 1995 года, продавая оружия и сопутствующих товаров на суммы не менее 350 млн долларов (а в особо удачные годы перескакивая порог в полмиллиарда). Украинскую военную продукцию (точнее переделанную в Украине советскую) можно встретить в Грузии и Таджикистане, Пакистане и Ираке, и, само собой, во многих странах Африки. Одной только техники продано более 500 единиц. Я, само собой, только приветствую успехи Украины на рынке оружия. Но печалят два момента. Первый - распределение доходов.

Было бы логично, если бы все деньги от продажи оружия распределялись исключительно между армией и оружейниками. Однако деньги эти поступают в госбюджет, и какая их часть достается армии и ВПК - бог весть. Но второй момент много печальнее. Получается, что большинство призываемых в армию граждан становятся не защитниками родины, а рабочей силой прибыльного бизнеса. Но коль скоро это бизнес - не честнее было бы нанять для этого рабочих? Вопрос риторический. Понятно, что честнее. Но дороже. Рабочему придется платить зарплату исходя из ситуации на рынке труда. У рабочего должен быть нормированный рабочий день, отпуска, отгулы, выходные и прочая социальная фигня. Солдат много дешевле. Его можно заставить «трудячить» круглые сутки и без выходных, платить ему копейки или вовсе не платить, а попытки бунта пресекать нарядами вне очереди, ночными забегами с полной выкладкой, «губой» и воспитательными мероприятиями при содействии старослужащих. И еще. Солдат не может уволиться. К слову, помимо внешнего рынка есть еще и внутренний. Скажем постепенная распродажа принадлежащей армии недвижимости. Кто поддерживает товарный вид этой недвижимости?

Правильно, все тот же бесправный и бесплатный солдат-призывник. В общем, получается даже не государственный капитализм, а государственное рабство. Вот именно поэтому я и не завидую призывникам. Хорошо, если повезет попасть в пограничники, ВВ или одну из немногочисленных парадно-элитных частей. А если нет? Если вся служба будет состоять из бесконечной чистки-краски старых танков? Если главными боевыми навыками, полученными за время службы, будут уборка территории, стояние «на тумбочке», плановые ремонты строений «родной» ВЧ и поедание глазами залетного начальства?

Чуть выше я позволил себе рассуждать о том, что унизительно для военнослужащего, а что нет. Так вот, как по мне, по настоящему унизительно для военнослужащего чувствовать себя рабом. Или надсмотрщиком за этими рабами.

Расскажите друзьям!
Смотрите также

Добавить комментарий