» » Историческая память – 7: Академик «приморцев»

Историческая память – 7: Академик «приморцев»

Историческая память – 7: Академик «приморцев»
Командиров, равных этому человеку по уровню полководческого искусства, военного опыта, образования и военного таланта, в Красной Армии было очень и очень немного. Судьба его сложилась так, что в полной мере свой талант он смог раскрыть только в ходе обороны Одессы. И в этом, право же, не его вина. Как это ни печально, о нем вспоминают реже, чем о генерале Петрове или вице-адмирале Жукове. Но он и не гонялся за громкой славой. Один из двух главных авторов Одесского военного чуда, он никогда – ни в военные, ни в послевоенные годы – не старался выпячивать свою исключительную роль в организации Приморской армии и в обороне Одессы. Может быть поэтому, несмотря на настоящий полководческий подвиг, совершенный им в самые трудные, первые месяцы войны, он так и не был удостоен звания Героя Советского союза.

От солдата до генерала

Сын путевого обходчика Павла Степановича Софронова Георгий никогда не мечтал о военной карьере. Живя в том мире, где символом «настоящей жизни» были паровозы, а эталоном успеха – профессия машиниста, свой жизненный путь он видел просто и ясно – идти работать на «железку». В 1904 году ему удалось поступить в Серпуховское железнодорожное училище, по окончании которого он почти восемь лет работал на железной дороге. Машинистом, правда, ему стать не удалось – приходилось работать на обслуживании путей, как и отцу. Жизнь молодого железнодорожника, как и миллионов его сверстников, в сторону армии развернула Первая Мировая война.

Он угодил под первый же мобилизационный призыв – осени 1914 года, но в первые кровавые мясорубки войны он попал ненадолго. Страшные потери среди кадровых офицеров заставили командование Российской императорской армии спешно разыскивать среди солдат тех, кто имели хоть сколь-нибудь приличное образование и отправлять их в школы прапорщиков. Так в 1915 году Георгий Павлович стал царским офицером военного времени. Однако, иными чинами в Первой Мировой он отмечен не был. Другое дело – Красная Армия. В ней, в годы Гражданской войны, росли быстро. 1923 год он встретил в должности командира и военного комиссара 17 Нижегородской стрелковой дивизии, с которой в том же году и расстался.

После окончания Гражданской войны и демобилизации основной массы красноармейцев и командиров, тем, кто остались в армии, надлежало учиться. Вопрос стоял так – или учеба и карьера кадрового офицера или возвращение на гражданку. Георгий Павлович выбрал первое и в 1923 году был командирован в Военную Академию Рабоче-Крестьянской Красной Армии, после окончания которой он был направлен учиться дальше – на Курсы Усовершенствования Высшего Начальственного Состава, которые, в 1924 году окончил одним из лучших. Это обстоятельство помешало Георгию Павловичу вернуться к строевой службе. В те годы, по понятным причинам, военные учебные заведения испытывали острую нехватку преподавательского состава. Нормальной практикой было оставлять лучших выпускников на преподавательской работе. Именно это и произошло с Софроновым. Впрочем, шесть лет преподавательской работы он потратил с толком – помимо основных обязанностей активно занимался самообразованием, что, впрочем, не мешало ему бомбардировать начальство рапортами с просьбой перевести его в строевую часть.

Согласитесь, нужно быть по настоящему преданными военному делу человеком, чтобы просить перевода в провинциальный гарнизон из Москвы. Своего Софронов добился только в 1930 году, получив назначение командиром 18-го, а спустя несколько месяцев 16-го стрелкового корпуса. В этой должности он прослужил всего чуть больше года, уже в 1932 году поднявшись до помощника командующего Прибалтийского Военного Округа. В том же году он поступил в Академию имени Фрунзе, которую окончил в 1935 году. Сменив несколько строевых должностей, в 1938 году он возглавил Управление высших учебных заведений РККА, став главным «военным академиком» страны. Сферой его научного интереса было изучение возможностей воздушно-десантных войск. Софронов принимал активное участие в организации первых частей ВДВ и проведении первых учений с использованием воздушных десантов. В 1940 году он защитил кандидатскую диссертацию, теоретически обосновав возможность успешного применения воздушно-десантных войск в глубоком тылу противника.

Командующий

Войну генерал-лейтенант Софронов встретил в Прибалтийском Военном округе, в должности 1-го заместителя командующего. С началом войны на базе войск округа был образован Северо-Западный фронт. Софронова же назначили временно исполняющим обязанности командующего ПрибВО. На этом посту ему пришлось заняться организацией мобилизации и эвакуации на территории бывшего военного округа, одновременно с этим пытаясь помочь командующему Северо-Западным фронтом – Федору Исидоровичу Кузнецову наладить утраченное управление войсками. Почему же Георгия Павловича перебросили на другой конец огромного фронта – на самую южную его оконечность, командовать Приморской армией? Ответ на этот вопрос кроется в той катастрофе, которая произошла в тот момент на Южном фронте. Румынским и немецким войскам удалось рассечь Южный фронт надвое. Возникла угроза захвата Черноморских портов с ходу. Нужен был грамотный и энергичный командир, способный стабилизировать ситуацию и организовать сопротивление войск, отсеченных от основных сил Южного фронта.

26 июля, когда генерал-лейтенант Софронов вступил в командование Приморской армией, положение действительно было катастрофическим. В его подчинении оказалось до обидного мало сил – фактически всего четыре дивизии. Да, две из них (25-я Чапаевская и 95-я Молдавская стрелковые) принадлежали к элите Красной Армии. Но по сравнению с рвущимися к Одессе 11 дивизиями румын этого было крайне мало. Сверх того в ходе предшествующих боев, войсками были потеряны большая часть танков и артиллерии. В составе армии оказалось большое количество разрозненных частей и подразделений, нарушена была связь. В этих условиях, поистине нечеловеческими энергичными усилиями, Софронову удалось организовать управление войсками, влить в дивизии в качестве пополнения отбившихся от своих частей солдат и офицеров, организовать сопротивление противнику вдоль Днепра и Днестра и, оторвавшись от противника, отойти на позиции на дальних подступах к Одессе.

Именно под командованием Софронова «приморцы» выдержали первый натиск противника, остановили наступление 17 вражеских дивизий и бригад, сумели стабилизировать фронт под Одессой и осуществить знаменитое контрнаступление 21-22 сентября, в ходе которого небольшим воздушным десантом были блестяще подтверждены довоенные теоретические изыскания Георгия Павловича. Впрочем, общий ход обороны Одессы хорошо известен. Хуже известно, какие бои Софронову пришлось выдержать с контр-адмиралом Жуковым, когда они организовывали невиданное доселе взаимодействие флота и сухопутных войск. Два талантливых полководца не раз и не два общались «на басах», решая при каких обстоятельствах сухопутные войска будут подчиняться решениям моряков, а при каких дело будет обстоять ровно наоборот. И как в этих условиях организовать действия единственного авиаполка, который должен был прикрывать и порт и войска и город. Софронов и Жуков блестяще справились с задачей организации взаимодействия армии и флота.

Но скольких нервов это стоило и без того измотанным непрерывной напряженной работой генералу и адмиралу – одному Богу известно. Особенно досталось Софронову. И без того у него было неважное здоровье. У генерал-лейтенанта было больное сердце. Именно из-за этого, вскоре после успешного контрнаступления «приморцев» Георгий Павлович был вынужден оставить командование Приморской армией. 1 октября 1941 года под Москвой погиб сын генерала. Когда ему принесли телеграмму с печальным известием, сердце генерала не выдержало. С диагнозом «инфаркт миокарда» его эвакуировали из Одессы. В командование Отдельной Приморской армией вступил генерал-майор Петров.

После излечения генерал-лейтенант Софронов до 1944 года занимался в основном обучением и подготовкой пополнений для фронта, а после повторного лечения в госпитале вступил в должность заместителя командующего 3-го Белорусского фронта по формированиям. Как уже было сказано, заслуги Георгия Павловича не были отмечены званием Героя Советского Союза. И в звании он за всю войну ни разу повышен не был, начав и закончив ее генерал-лейтенантом. Был он повышен только один раз – до генерал-полковника. Но зато на груди его, помимо прочих наград, красовались два полководческих ордена. Орден Суворова Первой степени за наступательные операции 1944 года и Орден Кутузова Первой степени, который ему вручили именно за оборону Одессы.

Дата: 5-06-2012, 23:09
Категория: Историческая справка
Добавить комментарий
Ваше имя: *
Ваш e-mail: *
  • bowtiesmilelaughingblushsmileyrelaxedsmirk
    heart_eyeskissing_heartkissing_closed_eyesflushedrelievedsatisfiedgrin
    winkstuck_out_tongue_winking_eyestuck_out_tongue_closed_eyesgrinningkissingstuck_out_tonguesleeping
    worriedfrowninganguishedopen_mouthgrimacingconfusedhushed
    expressionlessunamusedsweat_smilesweatdisappointed_relievedwearypensive
    disappointedconfoundedfearfulcold_sweatperseverecrysob
    joyastonishedscreamtired_faceangryragetriumph
    sleepyyummasksunglassesdizzy_faceimpsmiling_imp
    neutral_faceno_mouthinnocent
Капча: