» » Незнаменитая победа

Незнаменитая победа

26 января 2015, 19:59
Незнаменитая победа...
Мачин. Небольшой городишко на территории современной Румынии, неподалеку от границ Одесской области. Что вы знаете о нем, господа? Ничего? А вот раньше... Впрочем, и раньше о нем никто ничего не знал. Кроме окрестных жителей, разумеется. До одного впечатляющего дня - 9 июля 1791 года, - когда русские войска под командованием Николая Васильевича Репнина даровали этому населенному пункту вечное бессмертие в военно-исторических трудах. На минувшей неделе состоялся 220-летний юбилей этого значимого для истории Одессы события.

Николай Репнин к числу наиболее популярных личностей блестящего и страшного века Екатерины Великой, так называемых «екатерининских орлов», не относится. Что нисколько не умаляет ни его заслуг перед родной страной, ни значимости в мировой истории. Иные вышеуказанные «орлы» предпочитали в качестве поля битвы использовать бумагу и ради бессмертной славы обильно проливали чернила, будучи как посредственными пиитами, так и блистательными дипломатами, администраторами и градостроителями. Что касается Репнина, то полями битв ему служили, как ни парадоксально, именно поля битв. А славу свою в отечественную историю он вписал кровавыми буквами первоклассного полководца. Однако с известностью ему повезло несравненно меньше, чем, скажем, Румянцеву, или, тем более, Суворову и Кутузову. Впрочем, по своим военным талантам он, пожалуй, до этих гениев войны не дотягивает. Но Мачин убедительно показал, что в чистом поле против супостата Николай Васильевич тоже «кое-что» мог.

Репнин – отличный стратег и тактик, щадивший жизни своих солдат, проявлявший столь несвойственную тому времени гуманность в отношении мирного населения этих мест, больше всех страдавшего от геополитических аппетитов Петербурга и Стамбула. Кроме того, этот человек был искушенным дипломатом и – пикантная подробность – сумел совместить несовмещаемое: подчиняя Польшу русскому влиянию, параллельно подчинить своему личному влиянию сердце пламенной польской красавицы и при том горячей польской патриотки, точнее, по-современному говоря, националистки (!) Изабеллы Чарторыйской. Этому незаурядному во всех смыслах аристократу выпала честь победоносно закончить русско-турецкую войну...

Да, Мачин далеко не столь известен, как Кагул или Рымник, такие же великие победы над превосходящими турецкими армиями в исполнении мастеров наступательного боя Румянцева и Суворова. Но его значение собственно для исхода кровавой, разорительной и утомительной войны было, пожалуй, большим. А в официальных реляциях о своих успехах соврал Репнин значительно меньше, чем делали его более именитые, но и более хвастливые товарищи по оружию. Если, конечно, для этих, очень ревновавших к чужой славе, а потому трепетно не любивших друг друга людей может подойти слово «товарищ».

Шел 1791 год, последний год второй русско-турецкой войны в царствование Екатерины Великой. Но тогда еще вряд ли кто мог с уверенностью заявить, что год этот будет последним. Австрийцы, союзники России, в минувшем году потерпев крупное поражение от турок, заключили сепаратное перемирие и начали переговоры о мире, готовые удовлетвориться чисто символическими приобретениями. Турки смогли сосредоточить все свои силы против одного противника. Правда, падение почти неприступного Измаила в декабре 1790 года разрушило турецкие надежды на «вязкую» оборону на Дунае – русские получили выход на определенный оперативный простор. Однако, стянув к Дунаю все резервы, османы были намерены с лихвой отыграться за неудачи прежних лет и вернуть разрушенный Измаил. Благо страшный Топаль-паша («Хромой генерал», как турки прозвали Суворова, ибо не только среди чародеев есть личности, имена коих тоже побаиваются произносить всуе) был отозван после своего блестящего измаильского успеха с театра военных действий и сослан в Финляндию чинить старые прохудившиеся крепости.

Но... в таких случаях всегда вспоминается незабываемый тост: «За то, чтобы наши желания совпадали с нашими возможностями!». А вот турецкое командование сильно погорячилось, проявив, как бы это помягче сказать... волюнтаризм. Русским главнокомандующим был назначен Репнин, знавший сильные и слабые стороны своего противника досконально, ибо прославился еще в первую турецкую, Румянцевскую, как ее порой называют, войну. Ну, а кроме того, незаменимым помощником ему оказался человек, сумевший расположить к себе и Суворова, и Репнина, конфликтовавших между собой, – толстый сибарит и тонкий льстец, разведчик и проныра, дипломат и интриган, и величайший, как покажет совсем скорое будущее, полководец Михаил Илларионович Кутузов. Когда организованная им разведка своевременно сообщила, что турки концентрируют свои силы у Бабадага и Мачина, было принято более чем разумное решение - не дожидаться, пока турки полностью подготовятся к наступлению и атаковать самим, дабы разбить противника по частям.

Соотношение сил было не в пользу русских, но было абсолютно ясно, что если выжидать соединения всех турецких войск, это соотношение будет куда более неблагоприятным. Сначала Кутузов внезапным ударом атаковал османов и татар под Бабадагом. Разбитые вдребезги, не оказавшие достойного сопротивления, турки бежали. Однако бежали они по направлению к главным силам турецкой армии, собиравшейся в могучий кулак у Мачина. Таким образом, численно турецкая армия мало уменьшалась. Но зато беглецы принесли с собой Ее Величество Панику, которая не могла не повлиять на настроения тех, кто еще не испытал страшного натиска русских «чудо-богатырей». Генерал-аншеф Репнин решил полностью воспользоваться тем шансом, который предоставляла бабадагская победа для окончательного разгрома главных сил османов.

Стянув имеющиеся в наличии силы (около 30-40 тысяч человек), он двинул их к Мачину, на первый турецкий полевой лагерь, где засели примерно равные по численности силы неприятеля. Проблема, однако, заключалась в том, что сравнительно неподалеку были еще большие силы противника, сконцентрированные во втором лагере и подходившие к месту боя. Суммарная численность османов составляла примерно 70-80 тысяч человек. Турки, увидев перед собой наступающие русские корпуса, поначалу опешили, но сообразили, что времени на удивление у них маловато. Отчаянные контратаки и артиллерийская дуэль сопровождали первый этап разгоревшейся битвы у Мачина. Турки сопротивлялись очень ожесточенно и упорно. Однако Репнин знал, что надо делать, и знал, кому поручить то, что надо делать. Наступавшему на левом фланге корпусу Кутузова в битве предстояла самая трудная и самая главная задача: овладеть Мачинскими высотами, сбить турок с позиции, охватить их фланг и выйти им в тыл. От реализации этого замысла командующего зависел итог сражения. И Кутузов в который раз доказал, что он – Кутузов.

После отчаянного, но бесполезного сопротивления оборона турок была взломана. Развивая успех, остальные русские корпуса овладели городом и первым лагерем противника, в то время как Кутузов, не останавливаясь, штыком и саблей гнал перед собой отступающих в сторону их второго укрепленного лагеря... Османы бежали. Паника, охватившая войско великого визиря Юсуф-паши, быстрее чумной заразы передавалась от разбитых подразделений к частям, еще не участвовавшим в бое. Бегущие отряды увлекали за собой свежие подкрепления, и гонка на выживание в исполнении турецкой армии вскоре приобрела тотальный характер. Ворвавшись на плечах бегущего противника во второй лагерь, Кутузов довершил полный разгром турок. И, наконец, последним штрихом к иллюстрации османских неприятностей в этот печальный для них день, стало истребление неугомонным де Рибасом огрызков турецкой флотилии на Дунае.

4 тысячи убитых, 35 орудий, имущество обоих походных лагерей – таковы потери турок за 6 часов сражения. По официальным данным, русские потеряли 141 человека убитыми и до 300 ранеными. Впрочем, наверняка, по извечной традиции всех войн эти данные, писавшиеся для победной реляции, были заниженными, хотя и не намного. За великую победу свою Николай Репнин не получил фельдмаршальского жезла, как ожидал и как был достоин. Так же, как не получил его Суворов за Измаил. Но Екатерина II, не дав звания фельдмаршала, тем не менее, наградила победителя орденом Святого Георгия первой степени – высочайшей и почетнейшей военной наградой империи. Кутузов получил Георгия второй степени, как, впрочем, и командиры двух других корпусов, куда менее отличившиеся в сражении. Но чем же сражение Мачинское, как было заявлено, значимо для Одессы?

Дело в том, что оно стало последней крупной наземной битвой Русско-турецкой войны 1787-1791 годов. Сразу после него битый вдребезги великий визирь Османской империи срочно предложил русскому командующему мириться. Именно Мачинская победа гарантировала уступчивость вредных турок, никак не желавших полностью расставаться с Северным Причерноморьем, на открывшихся переговорах в Яссах. В результате, по Ясскому миру некая гавань на Черном море, «Гаджибей татарами наименованная», оказалась в составе Российской империи, и получила принципиально новую судьбу: правительственные субсидии на свое развитие, расширение и застройку. А также новое название. А какое – думаю, несложно догадаться. В конце концов, новая великая судьба некогда жалкого местечка и воплотилась в этом новом великом названии!

Расскажите друзьям!
Заметили ошибку в тексте? Выделите её, нажмите Ctrl+Enter и мы всё исправим!
Смотрите также

Добавить комментарий